Интервью Олега Анатольевича Компанийца на сайте www.oplastike.com

Ринопластика – это коррекция формы носа, которая по праву считается одной из самих сложных операций эстетического характера. В рамках проекта «Тема месяца» мы решили побеседовать с одним из самых известных в Украине специалистов в этой области. Наш гость – Заслуженный врач Украины, доктор медицинских наук, профессор, отоларинголог высшей категории Компаниец Олег Анатольевич

Далее сокр.:

ОК – Компаниец Олег Анатольевич

OP – oplastike.com

OP: Ринопластика – одна из наиболее популярных пластических операций. Все больше людей готовы на радикальные методы для улучшения своей внешности. Как по вашим наблюдениям, если сравнивать ситуацию 5-ти летней давности и сегодня, насколько больше пациентов обращается с просьбой изменить форму носа?

ОК: Я бы не сказал, что на протяжении последних пяти лет ко мне обращается большее или меньшее количество пациентов, загружены мы полностью, как и пять лет назад. Большее количество мы просто не в состоянии брать. Здесь есть определенные ограничения: физически доктор может обслужить только определенное количество пациентов, если все делать по протоколу. Для получения хорошего результата необходимо помимо успешной операции, также и качественное “ведение” прооперированных. На определенных цифрах (если идет погоня за количеством операций) количество операций будет обратно пропорционально их качеству и результатам. Поэтому я не могу однозначно подтвердить мнение, что имеется тенденция к росту обращений для ринопластики.

OP: А с какими проблемами к Вам обращались за последнее время?

ОК: Могу сказать, что если пять лет назад повторных ринопластик было около 20 %, то сейчас это количество составляет 30-40%, то есть примерно каждый третий обращается по поводу вторичной или даже третичной и т.д. ринопластики. На мой взгляд процент повторных ринопластик вырос в первую очередь не всегда потому, что предыдущее вмешательство было сделано плохо, или стало хуже, чем было до операции, или были допущены какие-либо интраоперационные дефекты, нет – мастерство и уровень хирургии вырос за последние 5 лет – однозначно. Очень часто приходят потому, что не получили того, что планировалось, не получили того что в связи с ринопластикой хотели получить. Это, в свою очередь, я связываю с тем, что очень часто подготовительные мероприятия, которые должны быть проведены перед ринопластикой (если говорить о современном уровне) не были проведены должным образом. Зачастую пациент с врачом договариваются о необходимых изменениях устно или рисуют прогноз на фото, на листе бумаги… Естественно, что при такой подготовке в большинстве случаев может возникнуть недопонимание и, как результат, пациент не получает желаемой формы наружного носа. То есть, если не проводилось качественного планирования (моделирования), если не гарантировался результат, то соответственно, и при неплохой по качеству операции пациент может остаться недовольным изменениями, а это заставляет его еще раз обращаться за ринопластикой. Таких пациентов среди тех, кто обращается повторно, сейчас подавляющее большинство.

OP: Как я понимаю, Вы используете новейшие методы для прогнозирования результатов операции?

ОК: Конечно, их нельзя назвать новейшими, они общеизвестны, просто мы их используем в полном объеме, так будет точнее. 3D моделирование или 3D печать можно назвать новейшими, но они не всегда нужны. 3D моделирование нужно только в том случае, если пациент не может понять или представить ту форму носа, которая будет после операции на плоскостном изображении. Это бывает достаточно редко, обычно хватает моделирования в двух проекциях которое было доступно и 5 лет назад, просто не везде его применяют даже на сегодняшний день. Мы проводим моделирование в обязательном порядке и, когда мы находим ту форму, которая будет удовлетворять нашего потенциального клиента (и при условии что изменения возможны в принципе) мы ее воплощаем в жизнь в полном соответствии с моделированием. Это одна из наших гарантий.

Ринопластика Компаниец

OP: Как скоро после операции пациент может оценить ее результат?

ОК: Мы разрешаем родственникам пациента прийти в конце операции в операционную и убедиться, в том, что мы сделали именно ту форму, которую заказывал пациент. То есть, пациент, проснувшись после операции, увидев фотографии из операционной, послушав не только врачей, но и своих близких, убеждается в том, что он получил действительно то, что он хотел. Мы добиваемся того, чтобы реактивные явления в связи с ринопластикой не были выражены. Когда практически нет отеков, гематом на первой же перевязке пациенты уже могут оценить результат операции. Конечно, никто не состоянии отменить полугодичный (часто и дольше) реабилитационный период, и только по прошествии этого времени можно и нужно оценивать окончательный результат. А вот предварительный – на следующий день, на первой перевязке или в конце операции глазами родственников или близкого человека.

OP: Насколько долго будет держаться результат?

OK: При той методике, которую мы применяем, результаты держатся достаточно стабильно. К сожалению, возраста врача не хватает, чтобы оценить результат операции 40-50 летней давности, но я слышал несколько докладов, когда врач в 25 летнем возрасте оперировал свою сверстницу, а когда ему было за 70 он оценивал результаты своей работы. Я мог наблюдать результаты в том промежутке времени, который захватывает профессиональная деятельность хирурга – 20-30 лет, пока что результаты стабильны. Т.е. если использовать известные на сегодня методики в полном объеме, то 20-30 лет можно к вопросу ринопластики не возвращаться, особенно, если во время операции проводить профилактику возрастных ослаблений связующих тканей.

Компаниец О.А. за работой

OP: К каким методикам и методам ринопластики Вы чаще всего прибегаете при операциях?

ОК: Методики проведения ринопластики общеизвестны и ничего нового здесь придумать уже невозможно. Может быть, только если используются новые инструментальные технологии которые, как правило, делают более точной и более “комфортной” работу врача. А вот что касается метода, то я пропагандирую и почти всегда использую, закрытую ринопластику. Можно долго спорить, какой метод лучше: закрытый или открытый, но если стать на позицию пациента, то все сразу становится на свои места. Если мы можем добиться нужного результата закрытым методом, то именно закрытый метод пациенту предпочтительнее.

OP: Среди пластических хирургов пластика носа считается одной из наиболее сложных операций. Вы с этим согласны?

ОК: Я думаю, что да, потому, что ни в одной другой пластической операции хирург не работает, как минимум с тремя видами ткани: костной, упругой хрящевой, мягкими тканями (кожа, подкожная клетчатка и мышечно-апоневротический слой). Все эти ткани необходимо между собой согласовать, чтобы получить стабильный планируемый результат. Поэтому я поддерживаю это мнение – это действительно одна из самых сложных операций. И второй момент: нос – это то место, которое невозможно спрятать, и если на других участках тела пациент может “подправить” результат операционного вмешательства с помощью одежды, то здесь мы ничем подкорректировать результат ринопластики не можем. Ответственность, значимость для пациента – это второй момент, который делает эту операцию очень сложной. Здесь ошибки и неточности “дорого стоят”.

Источник: http://oplastike.com/article/kompaniets